Профилактика ВИЧ входит в новый этап. Если раньше разговор чаще всего строился вокруг презервативов, тестирования, PEP, ежедневной PrEP или подхода U=U, то сегодня всё больше говорят о долгосрочной профилактике — то есть о методах, которые не требуют ежедневного приёма таблеток.
Звучит как прорыв. Но важно говорить об этом без хайпа. Новый инструмент сам по себе не решает вопросы доступа, цены, конфиденциальности, логистики, стигмы или неравенства между столицей и регионами. Особенно в Центральной и Восточной Европе и Центральной Азии, где профилактика ВИЧ часто зависит не только от медицинских рекомендаций, но и от финансирования, политической воли, роли сообществ и способности системы видеть реальные потребности людей.
Долгосрочная профилактика — это подход, при котором препарат действует дольше, чем ежедневная таблетка. В контексте ВИЧ чаще всего речь идёт об инъекционных формах PrEP — доконтактной профилактики для людей, у которых нет ВИЧ, но которым может быть необходима дополнительная защита.
В 2025 году особое внимание привлёк ленакапавир (lenacapavir) — препарат для профилактики ВИЧ, который вводится два раза в год. В США препарат под названием Yeztugo был одобрен как PrEP для взрослых и подростков весом не менее 35 кг, которые имеют вероятность приобретения ВИЧ. В июле 2025 года ВОЗ рекомендовала ленакапавир как дополнительную опцию PrEP для профилактики ВИЧ. В ЕС ленакапавир под названием Yeytuo получил маркетинговую авторизацию 25 августа 2025 года для профилактики сексуальной передачи HIV-1 у взрослых и подростков весом не менее 35 кг, которые имеют повышенную вероятность приобретения ВИЧ.
Важно: пролонгированная PrEP — это не вакцина и не лечение ВИЧ. Это один из методов профилактики для людей, у которых нет ВИЧ. Он не заменяет тестирование, не защищает от других инфекций, передающихся половым путём, и не отменяет необходимость информированного выбора.
Почему это может быть удобно?
Для многих людей ежедневная таблетка — это не просто “напоминание в телефоне”. Это вопрос приватности, страха, стигмы, быта, переездов, нестабильного жилья, работы, партнёрских отношений или доступа к врачу.
Долгосрочный подход может быть важен для людей, которым сложно принимать препарат каждый день; для тех, кто не хочет хранить таблетки дома из-за риска раскрытия; для людей в миграции; для молодёжи; для людей, которые сталкиваются со стигмой в медицинской системе; для секс-работниц и секс-работников; для людей, употребляющих наркотики; для геев, бисексуальных мужчин и других мужчин, имеющих секс с мужчинами; для транс людей; для людей в местах несвободы; для всех, кому нужен профилактический инструмент, который лучше соответствует их жизни.
В этом и заключается главная идея информированного выбора — не один универсальный метод для всех, а возможность выбрать тот вариант профилактики, который подходит конкретному человеку.
Но удобство не означает простоту
Две инъекции в год могут звучать проще, чем ежедневная таблетка. Но внедрение долгосрочной профилактики — это сложный процесс.
Нужны протоколы. Нужны закупки. Нужны обученные специалисты. Нужно регулярное тестирование на ВИЧ перед началом и во время использования PrEP: в label для Yeztugo прямо указано, что человек должен пройти тестирование на ВИЧ перед началом приёма препарата и перед каждой следующей инъекцией. Нужна система записи, напоминаний и сопровождения. Нужно понимать, что делать, если человек пропустил визит, переехал в другую страну, потерял страховку или больше не хочет продолжать этот метод.
Долгосрочный препарат сложнее “просто прекратить”, чем таблетку. В официальной информации к Yeztugo указано, что остаточные концентрации ленакапавира могут сохраняться в организме до 12 месяцев или дольше. Это не означает, что инструмент “опасен”. Это означает, что человеку нужно честно объяснить, как работает препарат, что делать в случае пропущенной инъекции, как перейти на другой метод и почему регулярное тестирование остаётся обязательным.
Данные исследований выглядят очень сильными, но их важно подавать точно и без преувеличений. По данным Gilead, FDA approval в США основывался на исследованиях PURPOSE 1 и PURPOSE 2: в PURPOSE 1 не было зафиксировано ни одного нового случая ВИЧ среди 2 134 участниц в группе Yeztugo; в PURPOSE 2 было зафиксировано два случая ВИЧ среди 2 179 участников в группе Yeztugo. EMA также приводит эти данные в обзоре Yeytuo и отмечает, что инъекция два раза в год может помочь людям лучше придерживаться режима PrEP по сравнению с вариантами, которые требуют ежедневного приёма.
Но эффективность в исследованиях — это только одна часть истории. Вторая часть — будет ли у человека реальный доступ к этому методу в стране, городе, клинике и системе, где он живёт.
Новый инструмент ≠ доступ
Самый большой вопрос сегодня — не только “работает ли препарат?”, а “кто реально сможет им воспользоваться?”.
Доступ определяется не только научными результатами. Он определяется ценой, регистрацией, национальными рекомендациями, бюджетами, страховым покрытием, закупками, логистикой, наличием сервисов и тем, готова ли система работать с людьми без осуждения.
В США годовая цена Yeztugo оценивается более чем в 28 000 долларов, тогда как в Европе доступность после авторизации будет зависеть от переговоров о цене и возмещении расходов в каждой стране отдельно. Gilead также подписала добровольные лицензионные соглашения на безвозмездной основе (royalty-free) с шестью производителями генериков для 120 стран, преимущественно с низким и ниже среднего уровнем дохода, и заявила о намерении поставлять препарат без прибыли до тех пор, пока производители генериков не смогут полностью покрыть спрос. В то же время дискуссия о том, какие страны попадают в такие механизмы, а какие остаются за их пределами, уже стала частью более широкого вопроса справедливого доступа.
Для ЦВЕЦА это особенно важно. В нашем регионе доступ к профилактике ВИЧ часто уже неравный: между странами, между городами и регионами, между людьми с документами и без, между теми, у кого есть страховка, и теми, кто выпадает из формальных систем. Если долгосрочная профилактика будет доступна только в отдельных частных клиниках или только в крупных городах, она не станет инструментом справедливости. Она станет ещё одним маркером неравенства.
Профилактика ВИЧ работает тогда, когда люди могут не бояться задавать вопросы. Когда не нужно объяснять свою жизнь врачу, который осуждает. Когда можно получить информацию на своём языке. Когда тестирование конфиденциально. Когда человек понимает, что PrEP — это не “признак риска”, а ответственный выбор заботы о себе.
Именно поэтому услуги, управляемые сообществом, сопровождение по принципу “равный-равному”, информационные платформы, аутрич и локальные организации должны быть частью внедрения долгосрочной профилактики с самого начала. Не после того, как протоколы уже написаны без людей. Не как “коммуникационное дополнение”. А как часть дизайна доступа.
Это особенно критично в условиях сокращения финансирования. По ранним данным UNAIDS, в 2025 году доступ к профилактике ВИЧ в ряде стран резко снизился из-за сокращения международной помощи: количество людей, получавших PrEP, в 62 странах сократилось на 38% — с 3,3 млн в 2024 году до 2,1 млн, а финансирование презервативов в некоторых местах сократилось более чем на 90%. Это важное напоминание: инновации не могут компенсировать разрушение базовых сервисов.
Какие вопросы стоит задавать уже сейчас?
Первый вопрос — цена. Сколько будет стоить пролонгированная PrEP для государства, донора, страховой системы и самого человека? Будет ли она бесплатной для тех, кому она нужна? Или будет доступна только тем, кто может заплатить?
Второй — приоритетность. Кто получит доступ первым? Будут ли среди приоритетных групп ключевые сообщества, люди в миграции, беженцы, люди без стабильного дохода, люди без документов или с ограниченным доступом к медицинской системе?
Третий — география. Будет ли пролонгированная PrEP доступна за пределами столиц? Сможет ли человек получить инъекцию в регионе, где он живёт, а не ехать несколько часов в большой город? Будет ли система продолжения, если человек переехал?
Четвёртый — конфиденциальность. Сможет ли человек получить консультацию, тестирование и препарат без риска раскрытия? Как будут защищены его данные? У кого будет доступ к информации о его визитах?
Пятый — информированный выбор. Объясняют ли человеку все доступные опции: презервативы, PEP, ежедневную PrEP, инъекционную PrEP, тестирование, U=U, лечение ИППП, снижение вреда? Есть ли у него право сказать: “Мне это не подходит, я хочу другой метод”?
Шестой — роль сообществ. Привлечены ли организации сообществ к планированию? Могут ли они помогать с навигацией, сопровождением, напоминаниями, объяснением и перенаправлением? Финансируется ли эта работа?
Седьмой — устойчивость. Что будет через год, два, три? Не начнётся ли программа как пилот, который быстро закончится? Есть ли план закупок, обучения, мониторинга и перехода между методами?
Для Центральной и Восточной Европы и Центральной Азии долгосрочная профилактика может быть важной возможностью. Но она не должна прийти в регион как “дорогой символ прогресса”. Она должна прийти как часть более широкой профилактической экосистемы.
Это означает, что рядом с новыми препаратами должны существовать доступное тестирование, PEP, ежедневная PrEP, презервативы, шприцевые программы, заместительная поддерживающая терапия, лечение ВИЧ, услуги в сфере психического здоровья, юридическая и социальная поддержка, навигация для людей в миграции, а также сервисы, которые не ставят человека в ситуацию стыда или страха.
Европейская авторизация не означает автоматический доступ в каждой стране. EMA может подтвердить, что препарат авторизован для использования в ЕС, но конкретный доступ зависит от национальных решений о цене, возмещении расходов, закупках, клинических протоколах и маршруте пациента. Именно здесь и начинается ключевой разговор для ЦВЕЦА: как сделать так, чтобы инновация не осталась на бумаге или в нескольких столичных кабинетах.
Инновация без доступа — это не справедливость. Инновация без конфиденциальности — это риск. Инновация без сообществ — это слабое внедрение. Инновация без финансирования — это обещание, которое может не дойти до людей.
Долгосрочная профилактика может изменить будущее профилактики ВИЧ. Она может дать людям больше свободы, приватности и выбора. Она может помочь тем, кому не подходит ежедневная таблетка. Она может стать важной частью ответа на ВИЧ в ЦВЕЦА.
Но главный вопрос не в том, появился ли новый инструмент. Главный вопрос — сможет ли человек реально им воспользоваться.
Профилактика ВИЧ не должна быть привилегией для тех, кто живёт в столице, имеет документы, деньги, страховку и безопасный доступ к врачу. Она должна быть частью права на здоровье — с уважением к приватности, достоинству, информированному выбору и реальной жизни людей.
